— Правда твоя, — ответил Иля. — Я из рода Лазарин, который ваши мужики на голодную смерть оставили.

Услышала его слова девушка, заплакала.

— Зачем ты пришёл сюда? — спросила она. — Они убьют тебя.

— Ты не реви, а лучше скажи: где мои бритья, которые давно ушли за своим стадом да так и не вернулись?

— Твои братья давно замёрзли в тундре! — закричала старуха. — Их кости давно растащили голодные волки.

— Нет, нет, — шепчет девушка. — Ты иди в тундру. Там у реки стоят семь чумов. В одном из них живёт всесильный шаман, а в остальных — твои братья. Только все они бессильны. Шаман отобрал у них силу, и лежат они на шкурах, как дети маленькие, подняться не могут.

Как услышала это старуха, вскочила, схватила девушку за волосы и стала их рвать и в огонь бросать. Оттолкнул старуху Иля, взял с собой девушку, посадил на нарту, и понесли их оленихи!

К вечеру на берегу речки показались чумы, послышался звук бубна, из крайнего чума дым валил чёрный, искры яркие летели в небо. Прижалась девушка к Иле, дрожит вся, слова сказать не может.

— Ты чего это?

— Это наш главный шаман Саян духов по тундре послал. Тебя искать велит, дорогу путать тебе велит. Метели шлёт, чтобы следы они замели.

— Не бойся! Всё равно шаман старый! Разве у него столько силы, сколько у меня?

— У него колотушка сильная. Кого он ею заденет — все сразу силу теряют. Так и братья твои силу потеряли!

Ничего ей не сказал Иля. Поставил упряжку в стороне, а сам тихонько к чуму шамана подкрадывается. Слышит: бьёт с силой шаман по бубну, в тугую оленью шкуру, и кричит во всё горло:

— Неужели у Лазарин младший сын вырос? Неужели у Лазарин младший сын вырос? Зря Майпа свои волосы жечь не будет, у неё и так их осталось на одну драку со мной.