И лишь Наташа успела подметить, как заблестел его единственный глаз - словно на него была готова навернуться слеза. Что сказал Морозов вежливому молодому человеку, подошедшему от автобуса, а также что и кому молодой человек доложил по рации, осталось неизвестным Андрею. Но в результате переговоров и его, и Наташу молодой человек пригласил в машину, и за пару минут их довезли до небольшого, отдельно расположенного корпуса. Казак попросил их немного подождать его и минут через десять явился уже не в летном костюме, а в легких брюках и безрукавке, превратившись из закованного в доспехи "рыцаря неба" в обычного молодого парня с веселыми глазами. - Эх, ну все не слава богу, - с обидой проговорил он. - Сейчас меня в оборот взять должны: обсуждение программы полетов на завтра - явка обязательна, потом этот... вечер вопросов и ответов. Я пробовал отпихаться - никак не дают! Тебя найти-то можно как-нибудь, а? Андрей кивнул и написал номер телефона квартиры, в которой снимал комнату. - Извини, уже идти надо, но я так рад, так рад! Завтра... Да что завтра, прямо сегодня вечерком до тебя доберусь, и уж тогда... То есть нет, сегодня под чаек посидим, мне летать завтра, а вот кончится салон, и тогда завьем дым веревочкой! Вежливый молодой человек выразительно глянул на часы, и Николай, еще раз хлопнув Андрея по плечу, снова вышел из машины. - Андрюш, а кто это? - спросила Наташа, пока микроавтобус вез их обратно на общедоступную территорию выставки. - Старый друг. Летали мы с ним вместе, потом не виделись долго... Я тебе потом как-нибудь расскажу, - ответил он таким тоном, что девушке стало ясно: это "когда-нибудь" вряд ли наступит скоро.

"КРЫЛО". ВЕРОЯТНОСТЬ ОТКАЗА

Выставка продолжала идти своим чередом. Когда Андрей и Наташа с сожалением покинули салон автобуса, где тихо шелестел кондиционер, маленький одномоторный "СМ-97" уже приземлился и наступило затишье. Пауза была не случайной - составители программы демонстрационных полетов специально рассчитали так, чтобы перед полетом "Русского крыла" короткий антракт вызвал повышенный интерес публики к очередному самолету, хотя его необычный внешний вид и сам по себе был способен привлечь внимание зрителей сильнее, чем любой другой летательный аппарат.