А того интересовало действительно все: эффективность самолетов и вооружения, взаимодействие летчиков между собой, ситуация со снабжением, отношения с местными властями, обстоятельства гибели четвертого члена группы... Причем Андрей тогда заметил для себя, что история последнего тарана Дедушки взволновала Льва Сергеевича до глубины души, хотя тот и оставался внешне сдержан и корректен. А еще ему показалось, что если б этот сдержанный и корректный человек почему-то решил бы, что в смерти пожилого пилота виноват кто-то конкретный, то... Словом, оказаться на месте виновника совсем не хотелось. Андрей тогда сделал для себя вывод, что Лев Сергеевич и есть тот самый загадочный организатор всей операции с отправкой на Балканы русских самолетов и русских летчиков. Рассказом Андрея он остался вроде бы доволен... по крайней мере, заметного недовольства Лев Сергеевич не проявил и в тот же вечер улетел обратно в Москву. Что касается самого Андрея, то он большого удовольствия от беседы не получил. За исключением Дедушки, остальные - не люди, а именно исполнители - были для Льва Сергеевича не более чем носителями каких-то профессиональных навыков, отношения с этими посетителями ограничиваются оговоренной в контракте оплатой. Это чувствовалось очень сильно, и поэтому никакой симпатии к организатору "командировки" Андрей тогда не ощутил. Скорее наоборот. "Но все это было полгода назад, а в чем дело теперь? Неужели во встрече с Казаком на аэродроме? Но в контракте ничего не было сказано о том, что нельзя узнавать боевого друга при встрече! Да и кому какое дело - ну встретились, ну обнялись? Где здесь нарушение секретности?!" - Чем могу быть полезен? - вежливо поинтересовался Андрей, тоном давая понять, что на любезности вроде "присядем" и "хотите чаю" бритый Саша может не рассчитывать. - Лев Сергеевич хотел бы поговорить с вами. - Когда? Саша усмехнулся.