Летное поле было залито светом прожекторов, вдалеке пунктир разноцветных огней отмечал взлетную полосу, то и дело мимо проезжал очередной тягач или автомобиль обслуживания с мерно вспыхивающей оранжевой мигалкой, а где-то далеко вверху мерцали яркие южные звезды. Сразу с нескольких сторон слышалось тонкое пение вспомогательных турбин, и время от времени над аэродромом прокатывался грохот двигателей взлетающего самолета - словом, "Галф-Бизнес" жил обычной рабочей жизнью. Предводителем группы был невысокий и чрезвычайно подвижный араб в комбинезоне, весело переливающемся оттенками зеленого и желтого цветов, словно это была не рабочая одежда, а костюм для дискотеки. Время от времени коробочка радиостанции у него на поясе разражалась потоками слов, и тогда он останавливал процессию и сам подолгу кричал в микрофон так эмоционально, будто комментировал полуфинал чемпионата мира по футболу с участием любимой команды. Один раз после такого разговора он обернулся к своим спутникам и так же возбужденно принялся им что-то объяснять. - Скоро наш самолет будет направлен на двадцать пятую стоянку. Нас сейчас туда отведут, - перевела Наташа, когда араб остановился перевести дух. - И все? А что же он тогда остальные пять минут шумел? - удивился кто-то. - Непереводимый местный фольклор, - встрял Казак, и все засмеялись. Араб подозрительно посмотрел на них, но говорить ничего не стал, а вновь направился вперед, ухитряясь двигаться так, что казалось - он почти бежит, но при этом общая скорость перемещения в пространстве сохранялась на уровне неспешной прогулки. Искомая двадцать пятая стоянка оказалась расположенной где-то на отшибе. Идти к ней пришлось почти через всю рулежку с линейкой экспонатов. Предпоследним в ряду стояло "Русское крыло", около которого уже виднелся стенд с рекламным текстом и фотографиями. Корсар как бы невзначай взял правее, чтобы подойти поближе к самолету, - и почти тут же перед ним как будто ниоткуда возник крепкий парень в светлом костюме с кобурой на поясе.