Вся погрузка-разгрузка держится на иностранцах. После сегодняшнего происшествия у иностранных рабочих поотбирали пропуска, и народу катастрофически не хватает. Поэтому разгружать самолет они предложили нам своими силами. А поскольку все делегации сейчас в запарке, у нас каждые руки на счету. - И ты воспользовалась ситуацией? - нарочито мрачно вставил Корсар. - Ну да, а что? Андрей, но ты ведь хотел тоже в нашей работе участвовать? - Хотел, - покорно вздохнул тот. - Ну вот. Я полковнику и напомнила, что у меня есть тут как бы сопровождающий, которого можно попросить помочь и который хотел бы... - Я знал, я знал! - горестно воскликнул Корсар, но, увидев удивленный Наташин взгляд, обнял ее и со словами: "Ты у меня умница", принялся целовать. В дверь постучали, и девушка с сожалением отстранилась. Корсар открыл, и в комнату ввалился полковник, начав уже с порога: - Так, значит, ты Андрей Корсан? Ну что ж, парень славный, симпатичный, мне про тебя говорили, мол, хочешь помочь. Значит, есть дело прямо точно для тебя... Аэродром торгово-выставочного центра, носящий название "Галф-Бизнес-Аэро", считался предназначенным для маленьких самолетов, административных и частных, но в случае необходимости на его полосу могли садиться и самые большие транспортные и пассажирские машины. Это сделало "Галф-Бизнес" пригодным для проведения-авиавыставки, и чем ближе подступал день ее открытия, тем меньше места на нем оставалось для чопорных административных "Гольфстримов", похожих на уменьшенные копии межконтинентальных лайнеров, и простеньких частных "Бич-Кэбов", вызывающих в памяти незабвенные "кукурузники". Вдоль рулежных дорожек постепенно выстраивались крылатые экспонаты, а свободные места должны были быть заполнены со дня на день. Восемь человек, среди которых были и Казак, и Корсар, и Наташа, неторопливо шли вдоль шеренги разнообразных самолетов.