Ванесса немедленно бросилась узнавать, нет ли здесь какой ошибки, но Креол по-прежнему сидел в кузнице и не слышал стука в дверь (или притворялся, что не слышит), а Хубаксис и Бат-Криллах ушли (частично улетели) гулять по лесу. Вон тут же забеспокоилась, как бы они не наткнулись там на какого-нибудь заблудившегося охотника, и отправилась их искать.

Когда спустя примерно час она обнаружила их, пытающихся изловить перепуганную белку, то уже и думать забыла о картинке в книге. Увидев, как Бат-Криллах скрючился под сосной и лениво лает по-собачьи, а Хубаксис скачет верхом на белке, словно матадор на взбесившемся быке, Ванесса уселась прямо на снег и начала истерично смеяться.

Заметив ее, Бат-Криллах и Хубаксис нехотя прекратили забаву. Обрадованная белка мигом исчезла в зеленой хвое.

Потом был ужин. Рождественский ужин. Хуберт приготовил великолепную индейку, и Вон пришлось буквально удерживать Хубаксиса поперек туловища — тот изо всех сил рвался забраться внутрь и сожрать все один. Зато Бат-Криллах клевал как птичка — по одному волоконцу.

Креол заявился уже в самом конце, когда от индейки мало что осталось. Хубаксис позаботился. Тем не менее, маг, вопреки обыкновению, не разозлился. Он выглядел донельзя довольным, а в руках держал несколько неряшливо склеенных свертков. И еще один предмет — великолепную темно-сиреневую саблю. Тонкую, как бритва, слегка изогнутую на конце, с очень удобной рукоятью из нержавеющей стали.

— Адаманта осталось еще на четыре таких, — гордо сообщил Креол, потрясая в воздухе саблей. — Жаль, что я так и не научился владеть оружием...

— Вау... — восторженно прошептала Вон, протягивая руку к лезвию. — Острая?

— Не трогать!!! — взревел маг, отшатываясь от нее. — Никогда не прикасайся к острию!

— Да я просто... — обиделась девушка.

— Ни-ког-да! — по слогам повторил Креол. — Смотри! — Он слегка коснулся отточенным лезвием края стола... и уголок столешницы упал на пол. Ванесса оторопела. Не осталось ни стружек, ни шероховатостей — идеально гладкий срез, чище чем от лазера. А ведь Креол даже не нажимал на рукоять: едва притронулся кончиком клинка! Вон представила, что было бы, если бы она провела пальцем по этой штуке, как собиралась, и содрогнулась.