Чтобы и ты, наконец, поняла и простилаСтарое Время за первый родительский грех. Чтобы потом, восходя на заоблачный суд, Там, где напрасны мечты и нелепы желанья,Ты, наконец-то, МЕНЯ привела в оправданьеИ, наконец-то, поверила:НЕБУ НЕ ЛГУТ!
19.01.93
НЕ ЗНАЕТ НИКТО
(три способа трансцендентальной связи)
Я пишу тебе письма, надеясь на милость огня. Я пишу и пишу, не надеясь на милость ответа, И они улетают, как бабочки, к лампе рассвета, И сгорают, едва долетев до грядущего дня...Я пишу в поездах на дистанции «осень — зима», Где колеса условны, а сердце стучит бестолково, Я пишу даже там, где не пишут обычного Слова, Где велят каждый день «начинать с делового письма»...Но без марки конверт! — он не будет отправлен тебе, Не вернется назад, окровавлен, обуглен, подмочен. Эти строки не терпят преград и цензурных пощечин, Их прочтет, задыхаясь, лишь ветер в каминной трубе...Напиши мне и ты, как бы ни был сейчас я далек, Напиши и прочти, или сразу сожги, не читая, Чтобы там, где над пеплом кружит белокрылая стая, Промелькнул к предрассветному пламени твой мотылек...Напиши только то, что считаешь возможным сама. Напиши мне ответ, без него я и в землю не лягу. Напиши, ведь с тех пор, как китаец придумал бумагу, Не писали на ней ничего, драгоценней письма...Позвони в никуда — я услышу, о чем ты молчишь, Поезжай на метро по кольцу без пятнадцати полночь,
