И, пока не закрыт перегон, ты, конечно же, вспомнишь Эти станции в мокрых плащах театральных афиш...Я пишу тебе письма, надеясь на милость огня, Я дышу в телефон, не надеясь на милость ответа, Я лечу в ледяных поездах, и спасибо за это, За письмо, за звонок и за то, что ты есть у меня...
20 апреля 1992.
СТРАННАЯ ПТИЦА ПО ИМЕНИ ЛЮБОВЬ
Снова осень протянет холодную руку —такая сухая ладонь! —прикоснись, погадай! Проведи остриём по хрустящим прожилкам листка:Эта тонкая линия — просто река,но сгорели ее берега,и уходит за КрайПорожденье воды и песка...Ни ее глубина, ни изгибы волны,ни движение медленных водне берутся в расчет И уже никому не видны.Только странная, глупая птица Любовь сумасшедшие песни свои здесь над нами поет По пути из безводной страны.
ДАМА, НЕ ДЕЛАВШАЯ ГЛУПОСТЕЙ
Спроси у Зеркала, не ставшего льстецом, Зачем оно нетронутым осталось? И для чего ему твоя усталость? И что там у него с твоим лицом?Но розовый исколотый языкПоказывать не следует, однако:«Ах, помнится, вчера мы ели раков! И, помнится, еще там был балык!»...Спроси у Зеркала, зачем ему глаза? Спроси у глаз, куда они смотрели Все эти октябри и все апрели?.. Но по стеклу — вода, а не слеза...Спроси у Зеркала, зачем ему рука?
