- Но это срочно, - не унималась мисс Прюитт.

- В нашем деле - все срочно, - ухмыльнулся Даррелл.

Мисс Прюитт возвышалась над ним, уперев руки в бока, решительная и неприступная, как Гибралтарская скала. Звали её Элизабет. Даррелла перебросили в Токийское отделение неделю назад, сразу после того, как Эла Чарльза, его предшественника, с острым приступом малярии срочно отправили домой, и Даррелл упорно отказывался называть свою секретаршу "мисс Прюитт". Уж слишком усердно она, по его мнению, следовала инструкциям, бумажкам и правилам. А в их деле нужна гибкость, умение лавировать, уступать тут и там, примиряться с неожиданностями, обходными маневрами, а иногда даже - и с ножом в спину. Мелвин Каммингс, полномочный посланец министерства обороны, мог оказаться именно таким ножом.

Даррелл поднял глаза на мисс Прюитт.

- Насколько близки вы были с тем человеком, который сидел здесь до меня? - полюбопытствовал он.

Мисс Прюитт поправила очки, оседлавшие хорошенький прямой носик.

- Не понимаю, какое это имеет отношение к делу...

- Вы назвали его "Элом".

Секретарша порозовела.

- Вы правы, сэр. Мы проработали вместе четыре года. Мистер Чарльз прекрасный работник. Один из лучших в секции "К". Если бы не поездка на Филиппины в прошлом месяце, когда он заразился малярией...

- Нечего было Элу Чарльзу соваться на Филиппины. Там есть свои люди из секции "К".

- Он сказал, что хотел...

- Вы с ним спали? - неожиданно спросил Даррелл.

Глаза мисс Прюитт яростно сверкнули, затем её лицо показалось смущенным, но уже в следующую секунду секретарша овладела собой и посмотрела на Даррелла с холодным презрением.

- Вы заслужили свою репутацию, мистер Даррелл, - отчеканила она.

- Надеюсь, не слишком блестящую, - ухмыльнулся он.

Даррелл добился своего - мисс Прюитт вышла из комнаты.

Мисс Элизабет Прюитт можно было дать на вид лет двадцать пять.