- Я буду тщательно следить за твоими успехами, юный Скайуокер, - едва заметно шевельнувшись, прошептали тонкие губы. - Да, я буду следить…

На лице Верховного канцлера Палпатина застыла странная полуулыбка. Возможно, кому-то она показалась бы неуместной, но тень была надежным союзником. Энекин поежился, и Кеноби укутал ученика полами своего плаща. И только очень внимательный наблюдатель мог бы заметить, как вздрогнул магистр Йода.  К сожалению, гениев дедукции у погребального костра не было…

Глава II. Два портрета на педагогическом фоне

– Да не ты, а я! – Не я, а ты.

– Не я, а буква «я»! – Не ты, а буква «ты».

– Не буква «ты», господи боже мой, а буква «я»!

Не буква «я», господи боже мой, а буква «ты»!

Л. Пантелеев. Буква «ты».

Было ещё только утро. Пусть позднее, но утро. Тем не менее, учитель Оби-Ван Кеноби, рыцарь джедай, уже безумно устал. Третий час подряд он целенаправленно прочёсывал Орден. Нет, ну скажите, за что ему такое наказание?! Почему у всех рыцарей падаваны как падаваны, а у него – это несносное веретено? В прошлый раз Кеноби пришлось полчаса извиняться и раскланиваться с магистром Йодой, забирая мальчонку из комнаты старого учителя.

Энекин, разве я не говорил тебе, что нельзя беспокоить мастера по пустякам?!

В ответ широко распахнутые синие глаза:

Я не по пустякам!

А что же ты там делал, скажи на милость? У тебя урок – ты разве забыл?