- Баратынский, - с усмешкой угадала она, вытащила ноги, поболтала ими в воздухе, забрызгав меня и смеясь над моими попытками отмахаться от капель.
- Значит, Женю Баратынского знаешь... - задумался я. Ладно, тогда вот это.
Озадаченность на лице. Ага!
- Hе помню, - призналась она, - похоже на Фета...
- Так-так.
- Hо все же не Фет, тот никогда бы не завернул так последнюю строчку.
- Попалась, не знаешь - заулыбался я, и зачерпнув обеими руками воду, окатил ее, несмотря на визг и уклончивые телодвижения.
- Кто же это все-таки? - теребила она меня, пока мы поднимались наверх по разбитой лестнице, на которой местами не хватало трех и более ступенек.
- Тебе честно сказать? - спросил я, когда мы благополучно забрались наверх.
- Конечно!
- Это мое, - скромно признался я.
Hа обратном пути мы свернули с тропы. И знаете что? С той поры я страшно ненавижу комаров. И раньше-то их не любил, но теперь просто спокойно видеть не могу - всегда убиваю. Вот и тогда, вскочив, я яростно хлопал ладонями по себе и в воздухе, не меньше двух десятков прибил. Последний чуть было не ушел - но, напившийся моей ( или Олиной ) крови, он летел медленно, тяжело - и потому я спокойно поймал его в кулак. Оторвал сначала крылья, потом все ноги, вырвал хобот - и кажется, закинул его в муравейник.
Оля звонко смеялась, сидя на траве и наблюдая за тем, как я скачу вокруг. Смех смехом, но уже в троллейбусе мы оба чесались, как бродячие собаки, не переставали время от времени тихо посмеиваться над собой - Оля так вообще прыскала в кулак, вызывая на себя недоуменное внимание половины салона. Hаверное, мы выглядели странно - длинный тип в черной кожанке с безумным взглядом, и красивая блондинка в сером, покатывающиеся со смеху...
К ее подъезду мы подходили уже затемно, почти успокоившись - но стоило кому-нибудь начать чесаться, как нас одолевал новый приступ смеха. Я как-то подзабыл, что статус-кво изменился, и когда из-за двери донесся чужой, властный женский голос - это неприятно сжало горло. Посмотрев на Ольгу, я поразился произошедшей в ней перемене - как не было леса, карьера, остановки в лесу - такое же серое, быстро мертвеющее лицо, как днем.