Миша. Это все кровь, моя горячая кровь. Hо Андрей ведь не обиделся. Правда?

Андрей. Да разве можно на тебя обижаться? Эх ты, дитя гор и прерий...

Ангел. Вот и отлично. Молодец, Миша. Иного я от такого богатыря и не ожидал. Я ведь за тобой еще совсем маленьким наблюдал. Смотрел, как ты растешь, как впервые садишься на коня (тебе тогда и трех лет не исполнилось), и думал: этот уж точно не подведет, когда настанет пора сражения с силами зла.

Миша. Клянусь вам, не подведу. Да я за вас хоть в огонь и в воду, хоть... могу прямо сейчас голову в муравейник сунуть. Хотите?

Ангел. (хрустально смеется) Я тебе верю, Миша. Ты все можешь.

Миша. Вы только скажите!

Ангел. Может быть, в другой раз. А сейчас для тебя в штабе есть важное поручение.

Миша. Разрешите идти?

Ангел. Разрешаю.

Миша уходит.

Ангел. (Андрею) Андрей Лагошин! Я пришел поздравить вас с замечательной наградой, которую получил ваш отец, Антон Федорович. Гордитесь им. Вчера он был представлен к ордену Святого Владимира второй степени.

Андрей. Hадеюсь, вручать награду будет лично святой Владимир?

Ангел. Зачем это бессмысленное ерничество? Я же знаю тебя, Андрей. Знаю твою светлую душу.

Андрей. Да меня доходили разные слухи. Правда ли, что группа ученых под руководством отца разработала новейший нервно-паралитический газ, способный уничтожить разом сотни, если не тысячи, грешников?

Ангел. Твой отец внес огромный вклад в дело победы над армией Сатаны. Hадеюсь, ты будешь достоин его и докажешь это в предстоящих сражениях.

Андрей. (задумчиво) Пожалуй. Битвы - это, должно быть, весьма занимательно.

Ангел. (качая головой) Разве таких эпитетов достойно величайшее сражение в истории вашей планеты?

Андрей. Словно тысячи салютов, грохочут взрывы. Хлюпает грязь, вбирая в себя раскаленные осколки снарядов. Крики атакующих сливаются с последними стонами в единую симфонию, достойную Шостаковича.