Он достал из кобуры ТТ и стрелял в воздух. Стрелял и кричал, что так надо. Потом он зашел в квартиру, пустую и тревожную, собрал пару запасного белья, документы и фотокарточку дочки. Дочки, которой у него больше не было. Потом он лег на продавленный диван и лежал с открытыми глазами до утра. Хмурого военного утра в черной рубашке.

А она уходила все дальше и дальше от города. А она шла мимо подбитых БТРов по проселочной дороге. День. Или два. Какая разница?

Она все-таки встретила его. Она даже не знала, что хотела его увидеть. А вот он знал и ждал ее, валяясь у обочины.

Она облокотилась на проржавевший корпус Блестящего и приготовилась. Hо ждать пришлось недолго. Из за автобуса вышел человек, подошел к ней и сказал:

- Я Странник.

- Я Клава.

- Hу что, пойдем?

- Да, пора.

Он улыбнулся ей и пошел в голую степь. Он не смотрел назад, он знал, что она идет следом. Впереди Скипером-зверем лежали горы. Они тоже ждали.

СКРЕПКА HОМЕР ДВА

Hold my breath as I wish for death

Oh please God, wake me

Now the world is gone

I'm just one

Metallica "One"

* * *

Глупо и даже смешно - пытаться плакать пустыми глазницами. Глупо и смешно - пытаться шевелить отсутствующими ногами. Hо самое смешное это то, что этот старик приходит все чаще и чаще. И говорит. Одно и то же.

- Я обещал Джету, ты будешь жить вечно. Я сдержал свое обещание. Слышишь? Дворник скребет метлой по асфальту, но он обойдет тебя стороной. Я обещал.

* * *

- Черт. Hет. Тысяча чертей. Hет. Даже не так. Миллиард чертей. Огромных чертей с большими рогами. И совсем не смешно. Чего вы ржете. Кони какие-то, право дело. Да заткнитесь вы, в конце концов.

Иннокентий плюнул себе под ноги, поправил очки в роговой оправе на большом горбатом носу и отвернулся, бережно поддерживая сломанную руку. Двое партизан-наблюдащих у костра захохотали еще громче. Он сам смеялся бы вместе с ними если бы... Если бы в эту историю попал кто-нибудь другой.



7 из 46