ЭВА: Да что начинается, ничего не начинается… Ты меня так расстроил, у меня нервы дрожат… Пообедаем и пойдем, честное слово.

БОРИС ПЕТРОВИЧ: Ладно, давай тогда по маленькой накатим за мир и дружбу между народами.

ЭВА: Давай, накатим, Боричек…Только я что-нибудь сладкое…

БОРИС ПЕТРОВИЧ: Все-то тебя тянет на сладкое. Располнеешь скоро.

ЭВА: Глупости, Боричек, я всегда слежу за собой.

БОРИС ПЕТРОВИЧ: Растолстеешь, я тобой разведусь и женюсь на модели. Чтоб два доска, два соска, посредине гвоздик.

ЭВА: Фи, Боричек, как ты огрубел там в своем департаменте…

БОРИС ПЕТРОВИЧ: Ну, еще накатим, графиня Шепальска?

ЭВА: Давай…

БОРИС ПЕТРОВИЧ: Песенку спой мне - ту, Вовки*Москвина*, про Вавилонскую башню.

ЭВА: (поет) А когда, а когда

Навсегда улеглись

В наших мудрых сердцах

Немудреные страсти

Мы как два муравья

Создавать принялись

Вавилонскую башню

Семейного счастья.

А когда, а когда

После тягостных мук

Водрузилась она

С виду неколебима -

То взойдя на нее

Мы услышали вдруг,

Что на разных с тобой языках говорим мы…

БОРИС ПЕТРОВИЧ: Слушай, Эвка, бери список на юбилей. Давай действительно Володю*Москвина* позовем - помнишь, мы одно время дружили.

ЭВА: Боричек, он три года как умер.

БОРИС ПЕТРОВИЧ: Ох ты, я не знал.

ЭВА: Я говорила тебе. (Становится у окна).

БОРИС ПЕТРОВИЧ: Значит, мимо головы пролетело. Ну, так давай, посмотрим, кого еще звать. Ты думаешь, стоит маму тащить? Не знаю, не знаю. Старые люди - это, знаешь… старые люди. Потом, ты говоришь, *Татьяна*, бывшая моя…Тут тоже засада… придет еще с эдаким укоряющим лицом… Эва!

Эва молчит, плечи ее вздрагивают.

БОРИС ПЕТРОВИЧ: Эва! Ты что молчишь- помалкиваешь, а? Э-Ва!

ЭВА молчит.

Конец второго па-де-де

Па-де-де №3