— Откуда ты знаешь? — не поверил Колодников.

— По ширине колеи к нашим не подходит. И ширина шин солидная.

— Может — грузовик? — снова выдвинул версию Колодников. Сычев не согласился.

— Нет. Видишь, все четыре колеса ведущих.

— Из чего стреляли? — спросил Юрий.

— Калашников. АКМ. Дай закурить.

— Да, это серьезно.

Все, включаю даму, нещадно дымили сигаретами. К Сычеву подошел один из его молодых подопечных.

— Николай Васильевич, вот, нашли на обочине.

В его руке был полиэтиленовый пакет с самым обычным поплавком.

— На обочине? Ты зафиксировал где? — спросил Сычев.

— Да, как же. Все задокументировали, сняли.

— Если он резко разворачивался, то этот поплавок вполне мог выпасть из салона, — предположил Колодников.

— Если он вообще имеет хоть какое-то отношение ко всему этому, — Астафьев кивнул головой в сторону трупов. Его скептицизм был понят, но Панков высказал общую точку зрения: — Ладно, приобщите его, а там посмотрим, из этой он кучи, или его ворона сюда принесла.

Тут послышался вой сирены, мимо них пролетел кортеж машин. Президент улетел на аэродром на вертолете, а губернатор и его свита возвращались обратно в областной центр. Но, в Железногорск спешили не все. Три солидных, черных «Мерседеса» разных марок свернули в сторону перекрестка на Вознесенку. Представлять владельцев этих машин для присутствующих не было нужды. Глава ФСБ губернии генерал-майор Егор Михайлович Рождественский смотрелся среди них самым спокойным. Выправка бывшего пограничника была безупречной, на красноватом, обветренном лице завзятого рыбака и охотника играла даже легкая улыбка. Не улыбался, зато, генерал-полковник Михаил Андреевич Глухарев, глава ОВД. Худощавое его лицо было строгим, и неприветливым. И уже откровенно психовал главный прокурор области, Игорь Ляшенко, невысокий, полноватый брюнет лет сорока с густыми, черными усами.