— Собирайтесь, парни. Время отчаливать, — произнес он.
— Я думал, мы летим только завтра… — изумленно вскинув бровь, начал Корбек.
— И я так думал, и полковник Торф, и Департамент Муниториум. Но похоже, наш полковник-комиссар — человек нетерпеливый. Он желает, чтобы нас переправили на борт сразу после смотра.
Гарт направился дальше, оглашая поле приказами.
— Ну что ж, — сказал Колм Корбек в пустоту, — похоже, так оно и начинается…
Гаунт мучился головной болью. Он никак не мог понять, что ее породило. То ли беспрестанные кивки и рукопожатия с сановниками и политиками Танит, то ли бесконечная пустая болтовня, то ли неимоверно долгий смотр войск на плацу возле здания Ассамблеи Танит. Впрочем, может быть, дело было в проклятых волынках. Казалось, их визгом были наполнены все комнаты, улицы и дворы, куда бы ни зашел Гаунт.
К тому же новобранцы его не особо впечатлили. Бледные, темноволосые, они выглядели мрачными и отощавшими в своей черной форме. На левое плечо каждого накинут пятнистый камуфляжный плащ, за правым — лазган И это всё — если забыть про чертовы серьги и кольца, татуировки на лицах, немытые волосы и этот мягкий, певучий выговор.
«Славные Первый, Второй и Третий Танитские полки, свежие войска, как же. Сборище костлявых, нечесаных, зато сладкоголосых лесовиков. Вот уж действительно нечем похвастаться».
Местный правитель, курфюрст Танит, сам щеголявший татуировкой змеи на щеке, заверил Гаунта, что ополчение его планеты славится высоким боевым духом.
— Эти солдаты находчивы и решительны, — говорил ему курфюрст на балконе, с которого они обозревали выстроенных гвардейцев, — Танитская земля рождает крепких людей. Наша сильная сторона — в маскировке и диверсии. На планете, где ползучие леса в мгновение ока стирают все ориентиры, жители отличаются безукоризненным чувством направления. Они никогда и нигде не потеряются. И они замечают то, на что иные и внимания не обратят.