Приблизившись к раковине, он отложил костыли, опустился на четвереньки и начал извлекать из-под мойки различные банки, кастрюли и прочие звонкие предметы. Надо заметить, что в ночной тишине мелодичный звон стекла и металла гулко разносился по спящей квартире и, ясное дело, не мог порадовать остальных жильцов коммуналки. И Люську, по-видимому, это беспокоило. А иначе зачем она залетела на кухню и как раз в тот момент, когда дядя Веня извлекал на свет божий небольшой такой тазик с перекатывающимися в нем чашками без ручек, с трагическими нотками в голосе зашептала:

– Тише, дядя Веня, ночь на дворе, соседей разбудите!

Но было поздно. Из комнаты, что располагалась по центру квартиры, выскочил разъяренный Аркаша и, брызжа слюной, заорал:

– Какого черта вы тут устроили?! Мне к девяти на дежурство, а я на сутки теперь по вашей милости с больной головой пойду! Сначала этот Дуримар полночи на своих костылях тараканов ловил, теперь эти две тупорылые ослицы перенимать опыт приперлись. Что, маэстро, – ядовито обратился парень к Люськиному дяде, – молодому поколению тонкости мастерства ловли насекомых передаете? Утра не могли дождаться?

Вениамин Палыч даже бровью не повел, продолжая шарить рукой где-то под мойкой. Аркадия это немного остудило, и он на полтона ниже продолжал:

– Вениамин Палч, я, конечно, понимаю, вы человек свободной профессии, для вас что день, что ночь – пофиг, а нам, простым смертным, как быть прикажете?

Не успел Аркадий завершить свою исполненную праведного гнева тираду, как тут же из ближайшей к входной двери комнаты высунулась подкопченная жарким солнцем Таджикистана раскосая голова Равшана и сказала:

– Э, доктор! Зачем кричишь, да? Мне тоже вставать рано, метлой махать нада, а я не ругаюся. Как сказал Омар Хайям, гость в дом – счастье в дом. Между прочим, – важно добавил он, – Омар Хайям – мой дальний родственник.

Рядом с дверным проемом, ведущим на кухню, оказалась еще одна дверь, которую я раньше не заметила. Она тоже распахнулась, и оттуда появилась всклокоченная чернявая тетка, которая сержантским голосом гаркнула на весь коридор: