— О’кей. Итак, я могу писать, — сказал я. — А трахаться?

Она была явно шокирована, но совершенно серьезно ответила:

— С этим у вас будут некоторые трудности. Видите ли, переломы расположены так, что вы не сможете совершать движения, характерные для этого рода деятельности.

Я улыбнулся ей.

— Тогда оральный секс?

Она посмотрела на меня.

— Вы больны.

— Знаю, — ответил я, — но это никак не связано со сломанным бедром.

Успокаивающим жестом она положила ладонь на мою руку.

— Все будет в порядке. Мы собираемся перевезти вас в обычную палату.

Мне это показалось странным — я чувствовал, что пробыл здесь совсем недолго.

— Какой сейчас час?

— Почти десять утра, — ответила она. — Вас привезли сюда около одиннадцати вечера.

— Я так надолго вырубился? — спросил я.

— В общем-то да, — сказала она. — У вас были ужасные боли. Мы накачали вас обезболивающими, чтобы вы смогли пройти осмотр и рентген, потом опять доставили сюда и подключили жизнеобеспечивающие системы и мониторы.

— Что, так плохо? — справился я.

— Не совсем, — ответила она. — Но у нас хорошая репутация — мы обеспечиваем оптимальные условия. Мы не хотим, чтобы пациент даже с незначительными проблемами мог пожаловаться на нас.

— Очень обнадеживает, — саркастически заметил я.

— Вы действительно были вне опасности, — сказала она и покраснела.

Я взглянул на нее снизу вверх.

— Почему вы так в этом уверены?

— Когда мы вкололи вам димедрол, у вас случилась эрекция и вы стали говорить неприличные вещи.

— До какой степени неприличные?

Она рассмеялась.

— Достаточно неприличные. — Она оглянулась, проверяя, нет ли кого-нибудь поблизости. — Как в ваших книгах. Вы просили ласкать, сосать и трахать вас и многое другое, чего бы мне не хотелось произносить вслух.

— А, вот как, — сказал я. — И что же вы сделали?

— Ничего. Просто работала с ортопедистом, устанавливая вытяжение. К тому времени вы заснули и все прошло.