Наверное, появление внушительного кортежа было единственным, что могло испугать багдадских водителей. Заслышав пронзительный вой сирены, они сами спешили убраться с дороги. Некоторым для этого приходилось выскакивать на тротуар. Но с армейскими джипами шутки были плохи -- невозмутимый офицер охраны сидел в переднем и с удовольствием лупил дубинкой по лобовым стеклам зазевавшихся водителей.

Таким образом "мерседес", практически не снижая скорость, вскоре миновал городскую суету и вырвался на загородное шоссе. Спустя пятнадцать минут кортеж уже подъезжал к контрольному посту в длинной ограде с колючей проволокой. За оградой, резко контрастируя с окружающей выжженной солнцем местностью, начинался густой зеленый парк. О важности объекта, скрывающегося в зелени парка, говорило хотя бы то, что на КПП несли службу не простые полицейские или армейцы, а солдаты личной президентской гвардии Саддама Хусейна.

Молодой подтянутый офицер в новенькой отутюженной форме скользнул равнодушным взглядом по армейским джипам и наклонился к окну "мерседеса". Непроницаемое тонированное стекло скользнуло вниз, и капитан, сидевший на переднем сиденье, не поворачивая лица, произнес:

-- Начальник армейской разведки Камаль Абдель аль-Вади к господину советнику президента Джабру Мохаммеду аль-Темими.

Офицер молча взглянул на пропуск и отдал честь, сделав своим солдатам знак пропустить "мерседес". Оба джипа охраны свернули на стоянку и остались у КПП.

Парк тянулся не меньше километра, и президентские гвардейцы еще два раза останавливали "мерседес" для проверки. Наконец среди деревьев показалась цель поездки -- Дворец. Именно так, с большой буквы, называли резиденцию президента Ирака Саддама Хусейна и его ближайших сановников. Великолепное здание было как будто перенесено из сказок "Тысячи и одной ночи" каким-то джинном. Все в духе багдадских халифов -- башни, минареты, балконы и даже, кажется, висячие сады.