В глазах арестованного промелькнул ужас. Он пошевелил разбитыми губами, но промолчал.

-- Значит, слышал. -- Камаль Абдель со вкусом затянулся сигаркой. -- Ты веришь, что я смогу развязать тебе язык? Я редко спускаюсь сюда, в подвал. Но если это происходит, то я люблю с толком провести время. Абдалла только подготовил тебя для беседы. Так, может, не будем тратить время зря?

Арестованный застыл в оцепенении.

-- Я многого от тебя не жду. Ответь только: контейнер приготовили к транспортировке?

Арестованный утвердительно кивнул.

-- Приготовили. Когда это произойдет?.. Отвечай!..

-- Я... я не знаю... -- прошептал арестованный.

-- Смотри мне в глаза, -- приказал Камаль Абдель. -- Когда приготовили контейнер? Сегодня?

-- Да...

Генерал впился своим стальным холодным взглядом в глаза арестованного. Не отрываясь он смотрел так почти минуту. Потом арестованный со стоном повалился на бетонный пол, а генерал встал со стула.

-- Он не врет и больше нам полезен быть не может, -- констатировал генерал. -- Избавьтесь от него поаккуратнее.

-- Автокатастрофа? -- деловито предложил Абдалла.

-- Как обычно. -- Камаль Абдель направился к выходу, но в дверях остановился. По его губам скользнула улыбка: -- Хотя нет. Пускай наш уважаемый гость погибнет от рук жестоких курдских террористов. Он достоин большего, чем банальная авария...

С этими словами Камаль Абдель аль-Вади вышел из камеры.

4

Как только ИЛ-96 коснулся своими шасси бетонного покрытия багдадского международного аэропорта, буквально все депутаты, входящие в состав официальной делегации Государственной Думы России, прибывшей в Ирак в связи с очередным политическим кризисом, вскочили со своих мест.