-- Что ж, на то Всевышний и создал рыбу...

Нохад сделал знак своему помощнику, молодому парню, и тот тут же, прямо с набережной, забросил удочку. Сам же хозяин, не желая нарушать покой гостя, неслышно удалился, словно не замечая призывных знаков старого приятеля Закила, желающего продолжить беседу.

Спустя минут пять в ресторанчик заглянул еще один посетитель. Этот, одетый в белую рубашку и голубые джинсы, был явно европеец.

"Что-то у меня по нынешним временам становится людно", -- подумал про себя старый Нохад и все так же радушно предложил новому гостю присесть на свободном конце ковра. Но тот плюхнулся на подушки прямо рядом с посетителем в хаки.

Светлые, выгоревшие на солнце волосы, серые глаза и тонкие черты лица указывали на немецкое или скандинавское происхождение гостя. Но, приняв от старого Нохада традиционный стаканчик чая и отказавшись от всего остального, иностранец обратился к соседу на чистом русском языке:

-- Как ваше здоровье, мистер Гхош?

-- Вашими молитвами, Леонид Викторович, -- ответил тот также по-русски. Только говорил он медленно, как будто тщательно подбирая слова.

-- Головные боли не прекратились?

-- Еще бывают... Перед рассветом.

-- Но вы принимаете лекарства, Аджамал? -- упорно продолжал расспрашивать тот, кого назвали Леонидом Викторовичем.

-- Принимаю, -- пожал тот плечами, как бы имея в виду: а что толку?..

Названный Леонидом Викторовичем неодобрительно покачал головой, отхлебнул чаю и отставил стаканчик.

-- Никак не могу привыкнуть пить кипяток в такую жару, -- пробормотал он. -- А "коку" здесь только в отеле достанешь. Проклятые санкции.

-- Давайте перейдем к делу, господин Захаров, -- предложил Гхош. -- Я уже две недели торчу в этом городе.

-- Я вас понимаю, Аджамал. Но ваше время еще не пришло. Присматривайтесь, изучайте карту. Наша работа не терпит суеты...