- Поедешь сейчас по дороге. Через пяток километров будет развилка. Свернешь налево, на грунтовку. Там дальше будет деревня Калепка, а между ней и развилкой и найдешь игде. Так зачем тебе туда? -Сказал я, что по делу! - выкрикнул Арсений резко, но тут же поправился. - Я хочу сказать, спасибо что просветили. Я пойду тогда. Тороплюсь. -Иди, - сказал снова мягко старик, - только смотри внимательно. Арсений попятился, ни один из сидящих так на него и не взглянул. Дед же провожал взглядом до самой двери - замшелая куча тряпья на лавке в углу. е должно быть таких глаз у старого человека, глаз молодых. Скрывающих силу, и неимоверный голод и жажду. Жажду чего? Жизни, наверное, не своей а чужой, может в этом деле старик похож этот черный бор вокруг. Тот тоже жаждет заполучит себе человека в душное, бурое чрево, растворить в гектарах скрюченных елей. Пять минут спустя он уже гнал по дороге, удаляясь от странного бара, и странной деревушки, и почему-то чувствовал взгляд странного древнего деда у себя на спине, пронзающего ветхие стенки бара и заднее стекло автомобиля. А еще через пятнадцать минут Арсений узрел фигуру голосующего человека, стоящего на обочине. Высокий силуэт с рюкзаком на спине. Арсений хотел нажать на газ, проскочить силуэт, об этом кричали все чувства, да и что может делать человек, под проливным дождем, на абсолютно пустом шоссе? Да еще в двух километрах от ближайшего селения? А может это и не человек вовсе? -ет, - произнес журналист и надавил на тормоз, когда фигура голосующего пронеслась, размазано мимо, - Хитчхайкер посреди леса? Всякое возможно. Добавил он включая заднюю скорость. Подкатил к человеку, благодарно кинувшемуся к машине. Тот пошарил вслепую по двери, нашел ручку и, наконец, отворил дверь. ырнул головой вперед, спасаясь поспешно от холодного дождя. Покрутился, устраиваясь на сиденье, а назад бухнул средненнький такой, брезентовый рюкзачок с яркой наклейкой. Обычный мужик. С бородой, лет двадцать пять. е местный видать, а может представитель вымирающего племени туристов.