Теперь Яков Иванович соображал, стоит ли выяснять у пресс-секретаря спикера причину его столь неординарного знакомства или же сразу обратиться к своим приятелям в ФСБ? А может, ввиду грядущих перемен на “Дайвере”, продать спикера президентской команде?
Словом, намечалась серьезная интрига и надо было все хорошенько взвесить.
Нет, он еще повоюет.
Гуровин включил внутренний монитор, чтобы посмотреть выпуски по спутнику на Дальневосточный регион. Заказал рейтинги за вчерашний вечер, когда они показывали новый сериал. Вызвал секретаршу с дайджестом статей о “Дайвер-ТВ”.
— Яков Иванович, питерский корпункт, соединить?
— Чего они там в такую рань? — недовольно пробурчал Гуровин, но трубку все-таки поднял.
Питер
Ровно в шесть раздалось настырное пиликанье. Валера протянул в темноте руку к электронному будильнику и неуверенными со сна пальцами придушил гада. Пиликанье продолжилось, и он понял, что это бесчинствует мобильник в кармане куртки, висящей на спинке стула у самого входа.
— Кому не спится в ночь глухую? — бормотал заспанный абонент “Би-лайна”, ступая босыми ногами по предметам дамского и мужского туалета, разбросанным по полу всего пару часов назад. — Никитин слушает, — прохрипел он в трубку.
— Здорово, Валера, — раздался знакомый голос милицейского капитана из ГУВД Санкт-Петербурга. — Бобо грохнули. Палаты горят по пятой категории. Давай по-быстрому. У тебя суперэксклюзив. Я тебе первому звоню.
— А почему именно вы работаете? Там же местные под боком.
— ”02” сразу на нас кинуло — ведь Бобо же! Торопись, четвертая власть, не то сейчас наши соседи подхватятся — и тебе ничего не обломится.
"Соседями” были фээсбэшники, размещавшиеся напротив — в Большом доме. Им просто обязана перезвонить служба “02”, если дело связано с таким персонажем, как Бобо. Тем более, пронеслось в голове Валеры, там наверняка был взрыв, раз горит особняк олигарха, названный в народе “Бобохины палаты” по аналогии с Кикиными палатами — архитектурным памятником, расположенным неподалеку от Смольного.