Когда отец Андрей вышел из алтаря и начал праздничную проповедь, нас уже не было в храме. Простите, отец Андрей, но звонницу я вам поправлю как-нибудь попозже. В другой раз. Я покидал украшенный березовыми ветвями храм последним, под его слова «...Дух Святый, от Отца исходит, на Сыне почивает...».
Ребята ждали меня во дворе. Тот, кто пришел позже, тоже был с ними.
— Здравия желаю, товарищ генерал-майор, — сказал я ему с ехидцей, но тихо, чтобы не слышали бабули. А то с ними от одного слова «генерал» может еще обморок приключиться. — С праздником вас!
— И вас с праздником, — отозвался генерал-майор Голубков, начальник оперативного отдела Управления по планированию специальных мероприятий. — Только у меня, кроме звания, есть и имя. И ты его знаешь.
— Здравствуйте, Константин Дмитриевич. Вы к нам на рыбалочку? Или так, мимо проходили?
В этом моем вопросе тоже содержалось известное ехидство — до сих пор не было случая, чтобы Голубков явился сюда просто так — в гости, на рыбалку. Хоть и грозился тысячу раз приехать к нам на Чесну отдохнуть. Но если уж он добрался до моих мест, значит, есть проблемы, и проблемы серьезные. Скорее всего, где-то какая-то из российских спецслужб напортачила, наломала дров, не уследила за ситуацией. И вот теперь выход один — послать на место происшествия сильную опергруппу, которая с риском для жизни вытащит все дело. И лучше всего, чтобы опергруппа никак не была связана с этими самыми спецслужбами. Словом, России снова нужны наемники. И значит, генерал Голубков приехал, чтобы нанять нас на очередное задание. Вот только день он выбрал неудачный. Очень уж не хотелось мне в праздник говорить о делах. Умиротворения мне хотелось, а не специального мероприятия, планировать которые генерал Голубков мастер.