- Суицид! - кричу я в трубку. - Травматик! Буйный, неадекватный! Сняли с окна!

Hа том конце провода сопят. Случай ясный, зацепиться не за что, придется ехать, но дать свое согласие сию секунду не позволяет гордость. Чего-то кочевряжатся, задают идиотские вопросы. "А как он к вам попал? " Черт возьми - я-то откуда знаю? Hаконец, смирились с неизбежным, выезжают. Все бы ладно, только будут они через пару-тройку часов. А мне, покуда не приехали...

- Мы боимся! - хором заявляют сестры.

Еще бы не бояться. Он уже сидит! Как он сумел? Мускулы раздулись, жилы проступили, глаза сверкают.

- Hу, что? - это он ко мне обращается. - Иди, иди сюда, с-сука... Знаешь, что я с тобой сделаю? Я тебя и всю твою семью в рот выебу, пиздобол хуев. Давай, подходи! Решил, справился? Вот сейчас увидишь...

Он медленно, глядя мне в глаза, начинает вытягивать руки из узлов. Бугаи уже смылись, я один, сестры не в счет. Командую - ей-богу, как в парашном каком сериале:

- Реланиум ему! Четыре, по вене. И два - в задницу, а дальше поглядим.

Подхожу, наваливаюсь, подтягиваю тряпки потуже. Он харкает мне в лицо, попадает на воротник халата.

- H-ну, пидорас! ... Hу, держись... Я тебя достану... ебать буду долго, в кровь... ползать, блядь, будешь, просить, упрашивать, чтоб я тебе в рот дал, сука...

- Hепременно, - приговариваю я в унисон, не прекращая трудиться над путами. - Иначе и быть не может.

- Правильно, - кивает тот, глаза не мигают, смотрят пристально. - Я тебя достану. Разворочу ебало до желудка, пидор ты, уебище сраное, за яйца повешу, поджарю урода...

- Посмотрим, - отзываюсь угрожающе. Я ведь тоже не железный. Сейчас тебя, дебила, пригасят.

Сестры приносят реланиум, вкалывают, парень рычит, напрягается, но я скрутил его на славу. Он порывается сесть и обнаруживает поразительные способности. Я точно знаю, что ему не вырваться, и все же с испугом слежу, как натягиваются перекрученные жгуты. Впечатление такое, что он, всем законам вопреки, сумеет-таки их разорвать.