И вот он упал на эти цветы, как обжегся. Все посыпалось с грохотом. Людвиг отскочил под кресло и ждал. Он уже рад был, что упал на подоконник, а не за окно. Обрадовался и вдруг вспомнил о Мейраксе.
- Я понял, Людвиг, твой хозяин - колдун. Когда я пролетаю через форточку, я становлюсь обыкновенной мухой, т.е. маленькой мушкой. И мне, конечно, не удержать тебя!
Пока Мейракс это говорил, Людвиг завороженно смотрел на него, и его обливало какою-то истомою. Вдруг он понял, что не сможет жить без Мейракса, и сказал ему это. Юноша выслушал очень серьезно и сказал, что, хотя мухи и не вьют гнезд, и не живут в жилищах, а постоянно странствуют, но он охотно сделает исключение Людвига ради, и погостит некоторое время, пока в нем будет нужда. А спать будет под крышей, там не мокро.
Людвиг ликовал. Он поймал еще одну мышь и потчевал ею гостя. Тут они вспомнили, что Мейракс не успел рассказать о себе. Людвиг устроился поудобнее в кресле огромной пепельной горой. Он замер. Сейчас в одну минуту могли рухнуть все надежды. Что если он плохих кровей?! Но если из цивилизованного мира! Хвост Людвига застучал по полу. Мейракс рассказывал.
- Когда-то давным-давно я, конечно, как и ты, надеюсь, не был тем, что я сейчас, т.е. мухой, а был известным писателем, хотя и звали меня Мухиан. Любил я лежать в тени своего дома, и чтобы молодая рабыня щекотала перышком в моем ухе. Любил лежать и рассказывать забавные истории, а отроки, без единой пушинки на лице, в коротких тогах записывали мои речи. Гермес и Афродита были моими спутниками, и жизнь была куда чудеснее, чем теперь!