уже нечего. Так и здесь, после Крапивина в детской литературе отличиться

затруднительно. Стиль у тебя пока еще скачет, техника местами не идеальна.

Но главное, усидчивости тебе бы побольше да трудолюбия... Хотя нельзя,

конечно, отрицать очевидного. Ты хорош, и ты это знаешь, но ты не соверше

нен, и ты это тоже знаешь...

- Никто не совершенен, - с пафосом превозгласил Циник.

- Наверное, - согласился Писатель, - но стремиться надо. Вот Крапивин

почти совершенен. Явных ляпов я ни одного не нашел, было только несколько

финтов, скажем так, на грани ляпа. Но они, в общем, даже придают некоторой

жизненности. Слишком прилизанное тоже плохо глотается. По десятибалльной

шкале за основную идею ему можно смело ставить десятку, за технику

исполнения восьмерку-девятку...Есть у него чему поучиться. Даже мне.

- От скромности ты не умрешь, - сострил Циник.

А Романтик выдохнул:

- Я бы ему тыщу поставил, везде и за все.

- Забавно, а Джон Рональд Руэл Толкиен какой оценочки бы у тебя

удостоился? - Циник спрашивал вроде серьезно, но глаза его почти смеялись.

Писатель без улыбки рассеянно смотрел в пол, но складывалось такое

впечатление, что зрачки его обращены куда-то внутрь.

- Толкиен целый мир создал. Все придумал - предысторию на века,

массу имен, географических названий. И герои его хороши, но только без

отрыва от ландшафта. Ты представляешь вот тут, с нами рядом Арагорна?

То-то же. А Сережу Каховского, Ежики, Джонни Воробьева? Без усилий,

верно? Потому что ты и был чем-то вроде них всего несколько лет назад.

И частично остался, наверное.

Плохой литературы ведь горы. Боевики всякие, оперы мыльные. Но

литературный герой, он как деревянный солдат из "Урфина Джюса", его

мало просто создать, в него надо вдохнуть жизнь, автор должен поделить