Когда "ягуар" мягко затормозил, Питер получил возможность бросить первый взгляд на самого Тэсдея Рула. Его внешность поражала так же, как и огромный дом, служивший сейчас как бы театральным задником. Старик, прикинул Питер, был ростом шести с половиной футов, грубо скроенным, как обломок скалы, на которой стоял, с продубленным солнечным загаром лицом, с мощными, как окорока, руками. Его кустистые черные брови почти скрывали умные и живые черные глаза, а в густой бороде темные пряди сплетались с серебряными. Его голову увенчивал берет, из-под которого виднелись волосы стального цвета, а рабочий голубой халат был испещрен пятнами красок. Видимо, он возился с какими-то растениями в глиняных горшках, когда услышал приближение "ягуара". По всему было видно, что хозяину замка не нравилось, когда его отрывали от любимого занятия. Питер огляделся в поисках его престарелой модели, но безуспешно.

- Привет, Тэсдей! - крикнул Саутворт, выбираясь из машины.

- Сейчас не время для визитов, Эрни, - сурово отрезал старик громоподобным басом.

- А оно у тебя определено? - шутливо отозвался Саутворт. - Познакомься, это Питер Стайлс, он подбросил меня сюда.

Питер выступил вперед и протянул руку. Старик пожал ее, как будто камнем придавил, своей широкой, загоревшей до черноты кистью, неожиданно оказавшейся холодной на ощупь.

- Вы печатаетесь в "Ньюсвью", - заявил Тэсдей.

- Признаюсь в своей вине, - отозвался Питер.

- Конформистский листок! - презрительно прогудел Тэсдей.

- Моего босса огорчило бы ваше мнение, - сказал Питер. - Он считает наше издание независимым и либеральным.

- Чепуха! - пробурчал старик. - Вы под башмаком у рекламодателей и вынуждены быть конформистами.

- С удовольствием обсудил бы с вами как-нибудь эту тему, - сказал Питер и взглянул на горшок с цветком. - Кажется, это "Королева Марго"?