- Да, - произнесла наконец трубка. Антон удивленно уставился на крохотный экран мобильника - лица Ии все равно было не различить, но что-то в интонации подруги его насторожило.

- Что "да", хани?

- Ты спросил, надолго ли это. Да, надолго. Еще что-нибудь?

Упс, подумал Протасов, неужели обиделась? Но на что?

- А у меня новость, хани, - сказал он, искренне желая порадовать подругу. - Сбросил еще триста пятьдесят, представляешь? Пойду сегодня к Теду, поставлю вопрос ребром...

- Я рада, - сухо ответила Ия. - Прости, я занята сейчас. Позже созвонимся.

Минуту Антон сидел, тупо разглядывая погасший экранчик, потом засунул мобильник обратно в портмоне и решительно потянулся к кнопке аварийного стравливания воздуха.

Когда он заталкивал сдувшийся кузов в рюкзак, пленка, затягивавшая боковое стекло "Чероки", с треском отлелилась, и из джипа высунулась острая, как у хорька, мордочка.

- Братан, - тонким голосом осведомилась она, - этот попандос всерьез?

Протасов не любил, когда к нему обращались так фамильярно, но запас хорошего настроения еще не истощился, поэтому он наклонился прямо к носу хорька и произнес ритуальный слоган:

- Будь проще, и тебе станет много легче!

- Проще! - возмущенно пискнул хорек. - У нас стрела на пол-одиннадцатого на Гребных каналах, а тут кругом эти ежики бешеные торчат...

- Пешком ходи, - посоветовал Антон, широко улыбаясь. Он протиснулся перед широким надувным капотом "Мерсед-Эйра" и, обернувшись, помахал бандюге рукой. - Сжигай калории!

Осторожно лавируя между машинами, он вытащил раму "Мицубиси" на обочину и сноровисто принялся разбирать ее на части. На андеграунде доберемся, подумал он бодро, чай, не лендлорды... сейчас в подземке как раз самая толчея, если повезет, еще грамм пятьдесят сойдет с потом!