- Нормальная, хорошо развитая кисть, - сказал старичок, - даже помытая.

- Вот, - показал я на прыщик около большого пальца.

Старичок взял лупу и внимательно стал разглядывать.

- С этим мы сейчас справимся, - сказал он. - С этим мы справимся без кислот.

Он взял из белого шкафа бутылочку и капнул мне какую-то жидкость оттуда на руку.

- Я думаю, теперь все у тебя пройдет. Можешь зайти дня через три снова. Только не стремись больше приобрести вещь, о которой совсем ничего не знаешь.

Он вывел меня из своего кабинета во двор. Через несколько дней я мылся в ванне, смотрю на руку - а она чистая и все в порядке.

Шустрова не пришла в школу. И утром у нас никто не проверял руки.

- Давай ты проверяй, - сказал Бабенков.

Но меня ведь никто не выбирал санитаром.

- Оля Шустрова улетела на Север и больше к нам не вернется. Нам нужен новый санитар, - сказала Анна Григорьевна на перемене. - Я вам советую выбрать Колю Кольцова.

Откуда только знал обо всем Бабенков? Никто в классе не догадывался, а он уже наперед мне говорил.

И Шустрова - тоже. Улетела, даже не попрощалась. Как будто не ее был класс.

Она улетела, а мы здесь учимся. И все происходит без нее так же, как и при ней, только я теперь санитар. А все остальное одинаково - будто она и не училась у нас, будто и на свете никогда не жила.

Анна Григорьевна дала мне тетрадь учета, и теперь в нее надо ставить плюсы и минусы всем ученикам по списку ежедневно.

- И сегодня тоже надо проверить, - сказала Анна Григорьевна, - проверишь на следующей перемене.

В следующую перемену все разошлись по своим группам - у нас был английский.

А я ходил по коридору из группы в группу и проверял чистоту рук.

Теперь мне некоторые говорили:

- А хочешь, ноги покажу.

И когда так сказали в десятый раз, я понял, почему Шустрова злилась. Я и сам уже разозлился, потому что надоедает подряд слушать одну и ту же глупую шутку.