Его теория о пользе здорового физического труда была нам хорошо известна, и потому мы с ходу оборвали его, заметив, что истории Лизы никому не мешают, никакая она не кривляка, не вор и не паразит. Велика важность, если порой она витает в эмпиреях и дофантазировалась до того, что ей пригрезилась Женева. Тем более, что она никогда и не выдавала себя за швейцарку, просто однажды ее отец помог…
— Знаю, знаю, знаю! — закричал Витан Пешев. — Все знаю. Мне, по правде говоря, ничего от вас и не надо. Прошу только одного: завтра приходите к пяти на почтамт, к окошку, где выдают переводы из-за границы. Пристройтесь где-нибудь в сторонке и понаблюдайте за тем, как ваша разлюбезная Вронская со всех ног помчится за деньгами. Это на словах она витает в облаках, а на самом деле готова душу продать за какой-нибудь доллар или швейцарский франк! Вот посмотрите!
Как выяснилось, Витан Пешев не терял времени даром и действительно решил проучить Лизу. Несколько дней подряд он звонил на почтамт от имени дежурного врача психиатрички и осведомлялся, не появлялась ли там его подопечная Лиза Вронская, свихнувшаяся на бредовой идее — ожидании перевода из Женевы. Он просил известить персонал лечебницы, если сбежавшая от них пациентка объявится на почте.
После этого он стал названивать дежурному врачу психиатрической больницы и умолять его забрать назойливую посетительницу почтамта, которая с каждым разом становится все агрессивнее, кричит и мечется по залу, а в последний раз разбуянилась до того, что чуть было не разбила стеклянную перегородку. Врач пообещал оказать содействие.