– Мысль-то хорошая, – после долгих раздумий неуверенно молвил Плешвиц. – Но... Чернобрюхова не было вместе с Чубсовым и Нелесовским. Вдруг они не желают посвящать Валентина Семеновича в свои замыслы и рассердятся на нас за самодеятельность?!

– Чепуха! – усмехнулся Ненемецкий. – Разве ты... разве вы забыли, что после поимки Гайдова намечается всеобщее голосование? Чернобрюхов, разумеется, примет в нем участие. Так какая разница, сейчас он узнает об отлове «порося» или чуть позже? Помощь же квалифицированного спеца нам жизненно необходима! Ежели не схватим Егора – неприятностей не оберешься!

– А почему второй заместитель не присутствовал на инструктаже? – продолжал допытываться сверхосторожный Плешвиц.

– Взгляните на толчею в вестибюле, – посоветовал Суйсуев. – Скорее всего его просто не сумели найти!

– Резонно, – взвесив все «за» и «против», согласился Плешвиц. – Давайте поищем Валентина Семеновича.

Убедившись в безрезультативности убийства «Гаранта», лидер «Хаты» впал в прострацию. Надежды на спасение рассыпались в прах. На ватных, непослушных ногах Чернобрюхов проковылял в дальний конец вестибюля, опустился на пол и уставился в никуда стеклянными глазами. Голова опустела, органы чувств временно атрофировались. Он больше не слышал заполошных воплей сотрудников и посетителей, не обратил внимания на суету, связанную с ловлей Гайдова. Обнаружил Валентина Семеновича пронырливый Ненемецкий. Сей господин до поступления на государственную службу промышлял шулерством в карты и прочими мошенничествами на черноморских курортах, а потому за версту чуял пустоголовых. Чернобрюхов же в настоящий момент именно таковым и являлся.

– Валентин Семенович, очнитесь! – настойчиво потряс второго зама за плечо Ненемецкий.