― Я знаю, что здесь живёт дух. Он очень любит сокровища, и никому не отдаёт их, кроме того, кто их сюда положил, ― осторожно ответил он молодому батыру. ― Не стоит беспокоиться.

Пленники — худые, измождённые люди — уже рыли яму у корней большого дерева. Рядом лежала гора мешков из промасленных шкур и тугие кожаные мешочки с монетами внутри.

В глубине ямы зазвенело: видимо лопнул мешочек с монетами. Ахтык-бек молча показал стражникам на яму, и те, нестройно галдя, полезли в грязь — присматривать за ханскими сокровищами. Сотник, чувствуя на себе испытующий взгляд владыки, спрыгнул с коня и направился к яме.

― Пленных зарезать? ― поинтересовался Ахтык-бек.

― Не надо, ― неожиданно сказал Чолхан, ― их убьёт дух. Они прикасались к моим сокровищам. Ты увидишь, как это будет.

Когда солнце коснулось горизонта, яма была засыпана. Чолхан и Ахтык-бек, спешившись, подошли к деревьям. Чолхан прикоснулся щекой к стволу и что-то прошептал. Откуда-то снизу донёсся странный глухой звук. Чолхан удовлетворённо кивнул, и снова сел в седло.

Пленники, удивляясь тому, что остались живы, поволочились обратно, подгоняемые нагайками воинов. Первый упал старик с белыми волосами. Последним умер сотник. Его кобыла легко стряхнула со спины мёртвого седока и с шумом помочилась на труп, после чего повалилась на бок и быстро издохла.

В живых остался один человек — долговязый юноша с обожжённым лицом. Ничего не понимая, они смотрели на гору трупов.

Чолхан расхохотался.

― Иди. Ты честный. Иди, ― сказал он и махнул рукой, отпуская.

Пленник, испуганно оглядываясь, побрёл к лесу.

― Они все, ― владыка ухмыльнулся, ― что-то взяли из того лопнувшего мешка. И те, кто копал, и воины. Я знал, что они возьмут. Я знаю людей.

― Зачем ты отпустил этого? ― спросил Ахтык-бек. ― Он расскажет про место.