— Пожалуйста, как можно меньше насилия, мистер Риарден, — серьезно сказала она.

— Да, — согласился Макинтош, — по возможности меньше. Ровно столько, чтобы без помех исчезнуть. Я не верю в насилие, знаете ли. Это вредит делу. Имейте это в виду.

— Но почтальон ведь не вручит посылку мне. Я должен буду вырвать ее у него, — возразил я.

Макинтош зловеще оскалился.

— Значит, это будет грабеж с применением насилия. В случае неудачи, вам повезет, если получите десять лет. Судьи ее Величества в таких делах поступают жестко, особенно когда речь идет о столь крупных суммах.

— Да, — протянул я задумчиво и улыбнулся ему еще более мрачно.

— Но полиции придется нелегко, — продолжал он. — Я буду поблизости, и вы сразу передадите мне камни. Через три часа их уже в этой стране не будет. Миссис Смит, дайте сведения о банке.

Она открыла папку и, достав из нее чистый бланк, протянула его мне.

— Заполните.

Это было заявление об открытии счета в одном из банков Цюриха. Миссис Смит сказала:

— Английские политики могут не любить цюрихских гномов, но по временам они бывают полезны. Ваш номер довольно сложный, запишите его словами в этой рамке. — Она положила палец на бумагу, и я послушно нацарапал несколько слов. — Этот номер, будучи написан вместо подписи на чеке, позволит вам получить любую сумму до сорока тысяч фунтов стерлингов в любой валюте.

Макинтош хмыкнул.

— Только, разумеется, сначала надо достать брильянты.

Я посмотрел на них.

— Вы забираете две трети.

— Это моя идея, — холодно заметила миссис Смит.

— У нее дорогой вкус.

— Не сомневаюсь, — отозвался я. — Позволяет ли ваш вкус визит в ресторан? Ресторан должны порекомендовать вы, я новичок в Лондоне.