Австрийская армия уже не существовала. Проклятый корсиканец развеял ег по ветру Его полк был уничтожен полностью и кто еще остался в живых полсе последней, отчаянной фланговой атаки, Хорст не знал.

Он сам выжил чудом.

... При приближении серая змея колонны распалась на бесцветные фрагменты привычной военной мозаики.

Стонущие повозки с больными и раненными, фургоны интендантской службы, заваленные спасеным второпях барахлом, полумертвые от усталости артиллеристы, с проклятьями выволакивающие своих бронзовых чудовищ из глубокой весеней грязи, кавалерия, пехота разных полков, перекупщики, бродяги, маркитанки, воры, мародеры и сотни случайных людей, захваченных водоворотом большой войны.

Хорст присоединился к колонне и, пристроившись в арьегарде, позади одной из повозок, стал бездумно разглядывать масляный фонарь, подвешенный на длинном штыре у заднего борта повозки..

Фонарь был старым, а масло плохим и света, пробивавшегося сквозь закопченное стекло, хватало лишь на несколько тусклых теней.

.. Полковник уже довольно долго наблюдал за пляшущим огоньком фитиля, когда почувствовал толчок в левую ногу.

Скосив глаза, он увидел солдата, схватившегося за стремя.

Видимо, тот подскользнулся, и, чтобы устоять на ногах, был вынужден ухватится за ближайшую опору.

Которой оказался сапог полковника.

- Простите, господоин офицер-растерянно пробормотал солдат. - Я случайно, я поскользнулся, простите.

- Все нормально, солдат- Хорст постарался, чтобы его голос звучал одобряюще.

Не стоило распекать солдата за такую малость. Тем паче, после того, что пришлось им всем сегодня испытать.

Солдат отошел в сторону, но Хорст продолжал искоса за ним наблюдать.

Чем-то его этот молоденький пехотинец зацепил. Что-то в нем было странно-завораживающее...

Труднообьяснимое и страшно притягательное.

Даже если бы полковника попросили описать его, он не смог бы этого сделать.