- Может, оно и к лучшему,- сказал незнакомец.- Потому что в Каперне вас вряд ли ждет теплый прием.
Эгль приподнял правую бровь.
- Хм,- сказал он.- Почему вы так думаете?
- Я не думаю, господин Эгль,- моряк снова странно усмехнулся.- Я это точно знаю. Половина Каперны только и мечтает, господин Эгль, чтобы вы вернулись в их края. Им страсть как не терпится повесить вас на фонаре.
Глаза Эгля округлились.
- Господи,- сказал он.- Что им обо мне наговорили?
- Hаговорили? Только то, знаете ли, что вы рассказали девчонке ту дурацкую историю.
- И за это...
- Да, господин Эгль. Именно за это вас там повесят, и без всякой жалости.
- Господи, но почему?!
- Потому что вы убили ее, господин Эгль. Ту девочку.
Эгль, побледнев, откинулся к деревянной стенке.
- Что вы... Я никого не убивал... Я же сказочник, я...
- Она поверила вашей байке, господин сказочник. Поверила всей душой. Каждый день бегала на берег и часами смотрела на горизонт. Год за годом. Hичего, кроме алых парусов, ее уже не интересовало. Отец ее умер, но она, похоже, даже не заметила этого. Жила одна. Hи с кем не водилась. Все ждала этих ваших алых парусов...
Моряк взглянул на Эгля. Тот был смертельно бледен.
- Люди в Каперне сперва не поняли, что девочка помешалась. Посмеивались над ней. Потом попытались объяснить, что алые паруса - это выдумка, но она и слушать никого не хотела. К тому времени это зашло уже слишком далеко. Она не замечала ничего вокруг себя, ходила, как будто во сне. Дом у нее сгорел - она во время припадка лампу перевернула, еле ее саму вытащили. Полгода жила у трактирщика... Под конец уже и ходить не могла, лежала только, и от еды отказывалась. Перевезли ее в Лисс, в больницу, но уже поздно было...
- Господи...- пробормотал Эгль.
Моряк вздохнул.
- Этот трактирщик, у которого она перед смертью жила, Мэннерс он мне так об этом рассказывал... Бог мой, он плакал, как женщина, когда говорил о ней. Всех моряков, кто к нему заходит, он спрашивает - не встречался ли им бродяга-сказочник по имени Эгль... Это уже его заскок, понятное дело...