Я завел его велосипед на участок, затем, поддерживая молодого человека под руку, провел его по аллее и помог взойти на крыльцо. Света нигде не было, все вокруг было погружено во тьму и безмолвие, как будто здесь никто никогда не жил. - Ну, вот мы и пришли. Большое вам спасибо, - сказал он, водя ключом по двери в поисках замочной скважины. - Нет уж, позвольте убедиться, что с вами все в порядке. Он попытался выразить слабый, обиженный протест, но потом понял, что ничего не может со мной поделать. Дверь наконец открылась; за нею виднелась черная дыра коридора. Молодой человек двинулся вперед, все еще опираясь на мою руку. - Вот эта дверь с правой стороны, - сказал он, пробираясь ощупью в темноте. Я открыл дверь; в тот же момент он ухитрился зажечь спичку На столе стояла лампа, и мы совместными усилиями ее зажгли. - Ну вот, все в порядке. Теперь можете оставить меня одного. До свидания! - сказал молодой человек; с этими словами он упал в кресло и потерял сознание. Я оказался в затруднительном положении - парень так побледнел, что я не знал, жив ли он еще. Вот губы его дрогнули он задышал ровнее. Однако глаза его закатились и напоминали теперь два белых пятна, а цвет лица был как у мертвеца. Обстоятельства возложили на меня ответственность, которая была мне не по плечу. Я дернул шнур звонка и услышал, как где-то вдали зазвенел колокольчик. Но никто не откликнулся. Звон раздавался в тишине, которую не нарушали ни голоса людей, ни звуки шагов. Я подождал, потом позвонил еще раз, с тем же результатом. Но должен же кто-то быть в доме! Не может же этот молодой джентльмен жить один в таком огромном здании! Его слуги должны узнать, что ему плохо. Если они не хотят откликнуться на звонок, я разыщу их сам. Я схватил лампу и выбежал из комнаты. То, что я увидел в доме, меня удивило. Холл был пуст, ступени лестницы вместо ковра покрывала желтая пыль. В коридоре было три двери, открывавшиеся в просторные комнаты, однако все они оказались пустыми, без ковров и занавесок, если не считать свисавшей с карнизов серой паутины и красовавшихся на стенах пятен лишая.