— Еще будет...— Николай Павлович запнулся.— Еще будет посещать. Может быть, к сожалению. Но — будет. Так я пошел, всего доброго.

Виталий Захарович проводил милиционера до двери, вернулся в комнату.

Телевизор во время визита участкового Воробьева оставался включенным, только по-прежнему отсутствовал звук. Сейчас передавали футбольный матч,

— С таким участковым...— начала возмущенно Лариса Петровна.

Но ее остановил Костя:

— А мне Николай Павлович понравился,— сказал он с напором.

— Мне определенно понравился,— поддержал его Виталий Захарович. Помолчал и добавил как можно мягче: — И он прав.

— Ну, конечно! — Лариса Петровна даже задохнулась от возмущения.— Все правы, одна я дура...— В ее голосе послышались слезы.— И меня, Виталий, удивляет твое безразличие. Мальчика чуть...— Лариса Петровна резко отвернулась.

— Лара! — Виталий Захарович осторожно погладил жену по плечу.— Пойми! Есть тут причина вражды, я бы это назвал соперничеством...

Виталий Захарович не договорил — Костя быстро вскочил с кресла и на полную мощность включил звук телевизора. Ворвался рев болельщиков, захлебывался словами комментатор, слышались свистки судьи.

Тут же поднялась Лариса Петровна и совсем выключила телевизор.

Костя вышел на балкон. Внизу жил своей жизнью огромный вечерний двор. Он был призрачно освещен фонарями и разноцветным светом из окон.

На душе у Кости были хаос и смятение: Лена ходит на танцы с Мухой!..

На балконе появился Виталий Захарович. Теперь они стояли рядом, отец и сын. Молчали.

— Значит,— тихо спросил Виталий Захарович,— эту девочку зовут Леной Макаровой?

— Какую девочку? — прошептал Костя, и жаркая кровь бросилась ему в лицо.

— Которая тебе нравится...

Костя не ответил.

Виталий Захарович обнял сына за плечи и ощутил дрожь, которая била тело сына. Любовь к нему, желание немедленно помочь, своей силой и тяжким жизненным опытом оградить от ошибок и ударов судьбы — все это комом подкатило к горлу.