Почти бегом дошел до Мишиного дома и тихо постучался в калитку. Дверь была заперта. Сквозь щель в почтовом ящике было видно, что в комнате Миши горела настольная лампа. Прождав минуту-другую, Сергей решил отбросить все приличия и полез через забор. Осторожно раздвигая кусты сирени, пробрался к лоджии и постучался в окно.

— Сережа, это ты? — послышался голос за стеклом.

— Я, открывай!

Михаил распахнул стеклопакет, и Сергей в два приема перебрался через шаткую самодельную конструкцию.

— Как хорошо, что ты приехал!

Миша стоял весь взъерошенный, в одних трусах. Его глаза блестели от недавнего рева, нос неприятно раскраснелся, как у алкоголика.

— Я тут начал копаться в серванте и нашел-таки эту херову статью!

— Тише, — сказал Сергей. — Детей разбудишь.

Михаил судорожно оглянулся на дверь. Его худое, в меру заросшее волосами тело, было похоже на причудливую колонну, стоявшую посреди комнаты.

— Вот, — протянул он брату сероватый листок на половину газетной полосы. Сергей пересел на кресло, поближе к настольной лампе и принялся читать. Из-за легкой дальнозоркости, он вытянул руку с чтивом далеко вперед, став похожим на Пушкина, каким его любят изображать в книжных иллюстрациях. Статья Горбаткина была датирована первым февраля восемьдесят девятого года, цифры и название газеты шли мелким текстом в верхнем колонтитуле.

— Что-то не вижу я здесь эти шесть пунктов или, как их там — признаков...

— Посмотри ниже, — брат ткнул пальцем в самое дно, перед фамилией автора статьи.

— Ага, нашел! — Сергей впился глазами в небольшой пронумерованный список. Первые пять пунктов были уже известны по Мишиной работе. А вот и шестой пункт: «Шестой признак вторжения заключается в том, что ОНИ предотвращают любые попытки земных исследователей выявить перечисленные выше пять признаков». Слово «они» так и было напечатано верхним регистром.