— Э, нет! — воскликнул Джим, ухватив Матти за косу и рванув ее на себя. — Длинный Язык никуда не пойдет, пока не попросит у меня прощения. А потом мы потолкуем с тобой, милашка. Ну? — обратился он к Матти.

Глаза девушки вспыхнули от гнева. У Кортни перехватило дыхание.

— Извините, — наконец тихо проговорила Матти.

— Громче!

— Извините! — сердито крикнула она. Посмеиваясь, Джим Уорд выпустил ее. Его близко посаженные глаза уставились теперь на Кортни.

— Послушай, милашка, почему бы тебе не пойти со мной куда-нибудь, где мы могли бы познакомиться поближе? Я положил на тебя глаз, как только…

— Нет! — выпалила Кортни.

— Нет? — Его глаза сузились. — Ты мне отказываешь?

— Мне… мне надо в гостиницу, мистер Уорд. Пальцы Уорда поползли по ее руке и крепко сомкнулись чуть выше локтя.

— Похоже, ты плохо поняла меня, милашка. Я сказал, что нам надо поближе познакомиться, и значит, так оно и есть.

— Пожалуйста… не надо! — закричала Кортни, когда он поволок ее из магазина, не обращая внимания на ее крики.

— Отпусти ее, Уорд!

— Что?! — Джим, остановившись, обернулся: не ослышался ли он?

— Я не повторяю дважды. Джим, держа Кортни, оглядывался. Наконец он увидел говорившего.

— Выбирай одно из двух, Уорд, — небрежно заметил мужчина. — Ты уходишь или мы стреляемся. Решай быстрее — у меня мало времени!

Джим Уорд отпустил Кортни и потянулся за револьвером.

В следующую секунду он был мертв.

Глава 8

Кортни заставляла себя думать о приятных вещах. Она вспомнила, как впервые села на лошадь без дамского седла: как она испугалась и восхитилась, поняв, что ездить так намного легче. Как Матти учила ее плавать. Как она в первый раз сказала Саре, чтобы та заткнулась:

Кортни с удовольствием вспомнила выражение лица мачехи.

Нет, ничего не помогало! Все равно ей явственно представлялся мертвец. Кортни никогда еще не видела покойников. При ней в Рокли никого не убивали, а трупы Питера и Хайдена Сореля на ферме Брауэра в тот день, когда ее жизнь так страшно переменилась, Берни Бикслер предусмотрительно прикрыл.