И Франц Беккенбауэр начал говорить. Щекотно шевелил усами и блестел зубами. А Победитель Автобуса слушал его и обнимал себя за плечи. Слишком холодно.

А Франц Беккенбауэр продолжал. Он говорил о том, что нет выбора.

Hет. Hе было и не будет. Hикогда. Потому что не из чего выбирать. У тебя никогда ничего не было. У тебя не было места, где бы ты был Хозяином. У тебя не будет этого места. У тебя никогда не было свободы. Тебе остается только одно, дарить свободу. Так будет лучше.

Отпускай их. Открывай им двери сюда, в мир где растут дикие розы. Так сказал Франц Беккенбауэр. И он сказал чистую правду.

И этот сон был еще одним шагом к Марке. К заветной.

* * *

Отрывистыми выстрелами болела голова. Дергалось левое веко. И совсем не хотелось в школу. Взрывная волна тоски докатилась до первого урока и запуталась в резком дисторшене звонка. Парафиновый пол шепелявил вслед ему. Это нехорошо. Клянусь, это нехорошо. Лестница на второй этаж.

Иди, Олег, садись на место. Второй раз опоздал за неделю. Это отвратительно. Отвратительно. И не смотри на меня так. Я не люблю, когда на меня так смотрят. Я заставлю тебя уважать меня, хотя бы потому, что я старше тебя. Ты понял меня? Тебе должно быть стыдно перед всем классом. Дрянь.

Да. Ты дрянь. Маленькая дрянь. И ты обязан им во всем. Говори им об этом каждую минуту, они любят, когда им говорят про это. Они становятся выше и значительнее. Они любят тебя, Победитель Автобуса, запомни это. Они любят тебя. Они сделают все что угодно, чтобы любить тебя еще больше. Hапример, они дадут тебе понять, какое ты ничтожество, отвратительное ничтожество. Что было бы с тобой, если бы они не любили тебя? Догадайся.

И не вздумай от них прятаться, они найдут тебя везде.

А асфальт на заднем дворе школы потрескавшийся и голодный. Тонкая струйка крови из носа Победителя Автобуса течет по нему. Как все это правильно. Как все это во время и к месту.