– Пей! - распорядился Ласковин. Вторую банку он положил в карман: пригодится.

– Вот они, - сказал Виктор. - Из тачки выходят. Серый "форд"!

Андрей медленно повернул голову. Серый "форд-сьерра". Да, выходят. Четыре качка.

Нет, четыре бывших качка, а теперь - говнодава. Это в смысле: пожрать от пуза, переболтать с коробкой пива и выдавить ясное дело что. В каждом - под сотню кило. Крутые, как бычьи яйца. Осматриваются. Вернее, себя демонстрируют.

Пусть-ка ответчик сам подойдет. А не подойдет - сырым съедим!

– Пошли, что ли, сэмпай? - возбужденно проговорил "ответчик".

– Погоди! - Андрей присматривался к припарковавшейся за "фордом" "девятке". Нет, вроде сама по себе.

– Ладно, пойдем. Слева от меня держись.

Заметили их шагов за десять. Как раз когда из метро народ повалил. Один из говнодавов пихнул другого, тот следующего, уставились. Все четверо. Андрей шел через толпу. Витек, как велено, держался слева, не отставал.

Четыре говнодава. Вернее, три говнодава и один… под вопросом.

Один тут же качнулся навстречу.

– Деньги принес?

– Здорово, - сказал Ласковин, останавливаясь в трех шагах. Виктор тоже остановился. Четко.

– Это что за фуфло? - процедил говнодав покрупней, пошевелил плечами.

– Грубишь? - бесстрастно проговорил Андрей. - Не надо. Трудно будет.

– Тебе что, козел, сказано было? - зверея голосом, зарычал первый. - Где баксы, киздюк? - И потянулся лапой к Витькиному лицу.

Тот даже не шелохнулся. "Может, когда хочет", - одобрительно подумал Ласковин.

Говнодаву же лапу придержал. Зафиксировал мягко, отвел, подзакрутив слегка кисть, и отпустил. Поздоровались.

Говнодав озадаченно посмотрел на Ласковина. Ростом Андрей уступал ему сантиметров пятнадцать, весом - и того больше.

Свора оживилась, пришла в движение. Его взяли в кольцо. Ласковин не мешал. С наскока его не возьмут, а стрелять здесь поостерегутся. Вон уже три мента, что у входа тусуются, поглядывать начали. Хотя менты могут быть и купленными, кто знает?