— Кто еще лежал тогда рядом с вами? Скажем, в радиусе пятидесяти метров?
Странный, мягко говоря, вопрос! Разве во время бомбежки было время подумать о людях, спасающихся неподалеку? Дай Бог, о себе позаботиться!
— А какая разница? Ну, рыжий пулеметчик, фельдшерица, раненный красноармеец, старшина Сидякин, — все же перечислил он тех, кого тогда видел.
— Удивляешься? — усмехнулся майор. — Есть чему… Дело в том, что
Видов убит не осколком и не крупнокалиберной пулей авиационного пулемета.
Врачи извлекли из тела нашу, автоматную…
Ротный вытаращил глаза. Надо же, сбылись его опасения по поводу излишней грубости комбата. Неужели прошил его очередью обиженный рыжий усач?
— Отпадает, — выслушав подозрения свидетеля, отмел их особист. — Красноармеец Федоров тоже убит.
Ничего себе аргумент? Вдруг усач выстрелил в своего командира до того, как его достала пуля или осколок авиационного снаряда. Впрочем, смершевцу видней. Романов не стал настаивать на своей версии. Спорить с особистами не только бесполезно, но еще и опасно…
Глава 3
Роман осторожно сложил прочитанные письма, перетянул их аптекарской резинкой. Думать, сопоставлять — не было времени, вот-вот заявится компаньон. Будить собутыльника.
Дашка с любопытством следила за хозяином квартиры. Книгу закрыла, положила на тумбочку.
— Что пишут, дядя Рома? Ты с таким интересом читал письма… Наверно, от женщины?
— Письма из прошлого, — неохотно ответил Романов, поднимаясь из-за стола. — Действительно, интересные, — добавил он, укладывая перевязанную пачку в баул и выкладывая на стол вторую. — Я сейчас поеду на работу. Если есть желание можешь остаться — почитай, отдохни. Но советую не обижать отца и мать. Какие бы они не были — родители.
— Хорошо, дядя Рома, — легко согласилась соседка. — Попробую. Если снова начнут драться — убегу на улицу…
Раскочегаривая своего старенького «коня», автоматически высматривая зрачки светофоров, меняя полосы движения, короче говоря, выполняя святые заветы опытного водителя, частный детектив ворошил в сознании прочитанное. Вполне возможно, события давних лет аукнулись сейчас. Вот и придется расследовать любовные шалости внучки погибшего комбата. А как же не хочется пятнать его имя.