«Мне следовало остаться в Магдале», — думала Мария, сжимая тонкие простыни. Укутавшись в них, она заставила себя встать.

— Хватайте ее! Не дайте ей сбежать, — прорычал один из священников, в то время как остальные окружили ее.

Страж храма схватил ее за руку так, что его ногти впились в ее нежную кожу. Мария попыталась отстраниться, но он схватил ее слишком быстро. Напуганная женщина начала безудержно дрожать. У нее возникли подозрения, когда этот новый клиент появился в дверях ее комнаты столь ранним утром. «Они собираются провести это шоу со мной».

— Дайте ей какую–нибудь одежду, — бросил один из законников, вырвав ее из клешней стража.

— Ха! Я говорю: ведите ее как есть, — настаивал книжник. — Это будет более убедительно.

— Нет, Он в храме, а мы не можем вести ее в храм в таком виде! — авторитетно добавил старший священник, пробежав взглядом по ее содрогающемуся телу.

Один из прислонившихся к стене мужчин вручил священнику помятое и грязное одеяние, которое было перекинуто через небольшую табуретку.

— Одень это. Прикрой свою срамоту! — приказал священник, кинув дрожащей женщине грязную одежду.

Благодарная за любую возможность хоть как то скрыть свою наготу, Мария взяла одежду из протянутой мужской руки и одела ее на себя. Хотя она и была проституткой, в ней все еще присутствовала скромность. Под похотливыми взглядами своих обвинителей она оделась. Ее пальцы дрожали, когда она стягивала поясом слишком широкую для ее талии тунику.

По приказу старшего священника два храмовых стража схватили ее за руки и потащили к двери. Раввины отошли в сторону, чтобы освободить им путь. Пленница обменялась взглядом с одним из знакомых раввинов. Тот стыдливо опустил глаза. Почтенные руководители его уровня никогда не прикасались к женщине с такой репутацией, по крайней мере, на публике.