— Здесь нет наличия действительного, но сам юноша представляет ян — действительность, — подключился я к нему и усилил его поле. Сидящая невдалеке девушка тут же подняла голову и посмотрела на парня.

Теперь я знал, чем отличаюсь от других людей. Это прежде всего содержанием самого сознания. Оно не фильтровало мир только по известным законам. Ближайшим же было легкое владение «правой» и «левой» системами двухполярных отношений. Если кто-то заболел, то для меня это не было плохим показателем. Слепота людей заставляет цепляться их за стабильность в угоду своему старению. Поэтому они не зрят, что без тренировки микробиологического своего уровня обречены. Отсюда, набрасываются на микробы, как на заклятых врагов. И в то же время, провозглашают физкультуру и спорт. Одни упражнения считают полезными и точно такие же упражнения, но на другом уровне, считают вредными.

Кроме этого окно моего сознания высвечивало и другие отношения и взаимосвязи. Их не было в понятиях людей. Зато ими был заполнен мир действительных взаимодействий и энергообмена.

Я взял лист бумаги и решил уточнить картину осмысленного. Точки отсчета в виде инь и ян подходили тем, что в них не было еще ничего «хорошего», ни «плохого». Инь достаточно отражает уход человека внутрь. Но с позиций внешнего должен быть и там инь. Непогода, вечер, усталость, зима… Да, астрологии будет мало!

Взгляд опять остановился на лице «светящегося» парня.

— «Сознание заменило ему реальное внешнее», — ощутил я несправедливость по отношению к интеллекту. Это чувство пришло вовремя. Раньше протестовало сознание. Оно выталкивало с отрицанием интеллект по причине неумерного и вездесущего отражения в нем мира двухполярными средствами. Оно издевалось над кособокостью мироздания Запада, тут же выдвигая зеркальную мудрость. Теперь экран сознания заполнялся иными отношениями. Он находил в себе формы санкьхьи, буддизма, джаянизма, веданты, упанишад, мимансы, ньяи, иоги…