- Только не тарелка, а сигара.

Он посмурнел и слова теперь давил из себя, как из тюбика. Врать вообще тяжело, особенно мальчишке.

- Петь, знаешь, что человек обязан говорить правду?

- Не всегда.

- Как это «не всегда»?

- А если дал клятву?

- Ну, смотря кому и смотря о чём, - замешкался я, не зная, как быть с клятвой.

- А хоть о чём.

- Петя, - зашёл я с другой стороны, - а если уголовное преступление? Детективы по телевизору смотришь?

- Там бандитские клятвы, а мы поклялись клятвой человеческой.

Нарушить человеческую клятву сложней. Но у меня был ещё один заход - с третьей стороны.

- Петя, ты мне плетёшь про клятвы… А ведь человек погиб!

- Кто?

- Физик.

- Павел Андреевич уехал на своей машине.

- Твоя «сигара» его не тронула?

- Она никого не тронула, - промямлил он и умолк накрепко, как защёлкнулся замок неотмыкаемой конструкции.

В процессе расследования есть такое действие - выезд с преступником на место преступления. Чтобы закрепить доказательство, чтобы вспомнил… У меня не было преступника, не было расследования, не было доказательств… Но ведь я считал, что нет и никакой криминальной психологии, а есть общая психология человека.

- Петя, это место в лесу запомнил?

- Ага.

- Покажешь?

- Угу.

7

Погода следующего дня способствовала прогулке, ну, и зависанию «летающих тарелок». Ничего подобного не было. Ехали мы не на прогулку, на место происшествия, и летающая тарелка не висела. Разумеется, помогла милиция. Капитан Палладьев с машиной и с экспертом, которого он уломал прокатиться. Следователь, оперативник и криминалист - почти комплект. Нет только понятых.

Ну, и Петька, сидевший на переднем месте гордо и взъерошенно. Показывал дорогу. Родители отпустили его погулять часа на полтора.