И в этот момент вошел Славин.

Капитан трезво оценил обстановку, рывком вытащил своего «Макарова», направил на Оксану и скомандовал: «Руки вверх!»

Не отвлекаясь, доктор Боровик настойчиво попросила:

– Надо срочно вызвать «Скорую». У нее большая потеря крови… Я заканчиваю перевязку, а вы звоните скорей!

– Я сам знаю, что мне делать!

Не отводя от Оксаны ствол, Славин вытащил телефон и торопливо вызвал «Скорую»… Потом он вытащил наручники и позвонил ими, как Санта Клаус колокольчиками.

– Ну как, гражданка Боровик? Завершили перевязку?

– Да, кровь я остановила.

– Вот и отлично… Протяните ваши ручки. Я задерживаю вас.

– За что?

– Если Айвазян жива, то за причинение телесных повреждений… Чем вы ее так? Ножом или из пистолета?

– С вами все ясно!.. Позвоните моему адвокату, Семену Осиповичу Штурму.

– Так, Боровик! У тебя лучший адвокат города?.. Значит, преступление готовилось заранее?

– Дурак ты, капитан! Хотя и полицейский!.. Но как был ментом, так им и остался.

Под крики дежурного офицера Семен Осипович ворвался в кабинет Сироткина. Там проходило очередное совещание по зачистке показателей работы.

Штурм рванулся к полковнику, не обращая внимания на сидящих майоров, капитанов и даже лейтенантов.

– Вы допускаете произвол, гражданин полковник!

– Нет, мы стоим на страже!.. Где произвол?

– Почему вы держите в камере Оксану Боровик?

– Так ее взяли на месте преступления! Как и ее жениха, между прочим… Она сидела верхом на потерпевшей, руки были в крови… Всё по закону!

– Боровик – врач! Она перевязывала раненую. Фактически, Оксана спасла жизнь Жанне Айвазян!.. Я был в больнице. Вот записка от потерпевшей. На нее напали совсем другие люди…

– Это вы, адвокат, были в больнице. А следствие идет своим чередом… Через день-другой майор Фирсов допросит Айвазян под протокол. Потом ее показания проверят и тогда, возможно, отпустят вашу клиентку… Идите, Штурм! Не мешайте нам работать.