— Если бы они не были крадеными, я взяла бы одну из них себе.

Эрнандес окинул ее влюбленным взглядом, думая о том, что сам он не прочь был бы взять себе Нину.

— Да, я тебя понимаю, — ответил он девушке. Затем повернулся к Эмилио. — Идите в дом. Я скажу повару, чтобы он приготовил вам завтрак. Отдохните здесь денек. Места у меня в доме хватает. Вы, должно быть, голодны и очень устали.

— Спасибо, Эрнандес, — поблагодарил Эмилио. — Ты очень добр.

— Большое спасибо, — сказала Нина владельцу ранчо.

Эрнандес поклонился ей.

— Ради вас я сделаю все, сеньорита. — Его пухлые щеки надулись от того, что губы растянулись в улыбке.

Нина вдруг ощутила в его взгляде какую-то угрозу для себя. Ей всегда было как-то тревожно в присутствии этого человека. Кто он такой? Она даже не знала, зовут ли его Эрнандес, или это его фамилия. Но так его называли все. Он был похож на бандита. Но ведь и они с Эмилио тоже были бандитами, размышляла она.

Они пошли вслед за хозяином к его большому белому дому. Возле парадного входа Эрнандес пропустил их вперед. Он шел вслед за Ниной, пожирая глазами ее стройную фигуру, любуясь иссиня-черными волосами, наслаждаясь покачиванием ее бедер. Он уже в пятый раз видел эту женщину, одетую в замшевые штаны для верховой езды. С каждым разом он желал ее все больше и больше. Эрнандес знал, что ей уже восемнадцать лет, а в этом возрасте девушки превращаются в женщин. Ему было что предложить ей. Возможно…

Эрнандес показал гостям комнату, где они могли умыться. Нина сняла широкополую шляпу, висевшую на тесемке у нее за спиной, а потом и куртку. Эрнандеса взволновал вид ее полной груди под красной рубашкой. Когда Нина стала умываться, он обратил внимание, что руки у нее очень нежны для женщины, которая постоянно имеет дело с лошадьми и живет под открытым небом.

Потом Эрнандес проводил их на кухню, где старая мексиканка уже приготовила великолепный завтрак.