— У вас были какие-либо неприятности? — спросил он Эмилио, после того как они сели за стол.

Эмилио отпил глоток кофе и поудобней устроился на стуле.

— На этот раз все прошло гладко. Ну и удивились же, наверное, эти гринго, проснувшись вчера поутру и не обнаружив на месте своих лошадей. — Он улыбнулся. — Все прошло нормально. Вот только лошадей мы гнали во всю, Эрнандес. Им надо бы отдохнуть, да и нам с Ниной тоже. Двое суток мы почти не спали.

— Понимаю. Я хорошо заплачу вам, Эмилио. По двадцать долларов за каждую лошадь. А всего их восемь. Так что вы получите сто восемьдесят американских долларов. На эти деньги вы сможете жить очень долго.

Эмилио кивнул, прикидывая про себя, какую прибыль извлечет хозяин ранчо после перепродажи краденых лошадей. В последнее время он стал думать о том, что мог бы и сам продавать добычу, минуя посредника. Конечно, это опаснее, но зато и прибыль гораздо больше. Он не собирался делиться с Эрнандесом своими мыслями, полагая, что тот может разозлиться. Эмилио знал, что этот человек может быть или твоим лучшим другом, или злейшим врагом.

— Отлично, — согласился он. — После еды мы немного поспим, а потом возьмем деньги и уедем отсюда. Мы, наверное, вернемся через несколько недель.

— Всегда рад вас видеть. Ты молодец, Эмилио. — Эрнандес перевел взгляд на Нину. — Но без тебя, Нина, ему бы не справиться, не так ли?

Нина улыбнулась.

— Я ничем не уступаю брату там, где дело касается угона лошадей, — произнесла она гордо.

Старая мексиканка поставила перед Ниной и Эмилио тарелки с мясом, картошкой и яйцами.

— Я в этом не сомневаюсь, — произнес Эрнандес, улыбаясь Нине. — Ешьте, дети мои. Когда покончите с едой, я покажу вам ваши комнаты. Нина, в твоей комнате отгорожен уголок, где ты сможешь вымыться. Я скажу Розе, чтобы она принесла тебе горячей воды.

— Спасибо, сеньор Эрнандес. Я бы очень хотела принять ванну.

— Твое желание для меня закон, — ответил тот и засмеялся каким-то утробным смехом.