— Но у этого парня в руках винтовка, — пытался протестовать тот.

— Убирайся вон!

Работник взял Розу за руку, и они вдвоем покинули комнату. Эрнандес с трудом стал на колени. Он глубоко дышал, на его лице и теле выступил пот.

— Я предложил ей выйти за меня замуж, — объяснил он Эмилио, который стоял перед ним, одетый лишь в длинные штаны для верховой езды.

Эмилио направил на него винтовку.

— Так вот как ты ухаживаешь за моей сестрой. Залезаешь к ней в постель без всякого на то права. — Его глаза горели. — Тебя надо застрелить за это!

Эрнандес свирепо посмотрел на него.

— Только попробуй. После этого вы с сестрой не выйдете из комнаты живыми! Уж мои-то люди об этом позаботятся. А перед тем как убить вас, они еще на славу позабавятся с Ниной. Ты этого хочешь?

Эмилио колебался. Он видел слезы на щеках сестры и понимал, какой ужас она испытывает.

— Одевайся и собирай свои вещи, — сказал он ей. — Мы уезжаем немедленно.

Нина послушно скрылась за занавеской, а Эмилио вновь повернулся к Эрнандесу.

— Ты опозорил и оскорбил мою сестру. Больше мы не будем иметь с тобой никаких дел.

— Отлично, — прорычал Эрнандес. — Вы думаете, что я живу только благодаря вашей милости? Мне нет необходимости иметь какие-то дела с вами, Эмилио! А если здесь кого-то оскорбили, то только меня! Я собирался жениться на Нине. Со мной она жила бы в таком достатке, какой тебе и не снился! Я богатый человек! Еще ни одна женщина не смела отказать мне! Многие из них сочли бы за честь и с радостью согласились выйти за меня замуж и разделить со мной ложе.

— Вот и возьми себе в жены одну из них, — усмехнулся Эмилио. — Моя сестра слишком хороша для таких, как ты.

Эрнандес схватил одеяло и кое-как завернулся в него.

— Я разрешаю вам покинуть мой дом, но никогда не забуду этого оскорбления! Роза видела меня голым, и теперь мои работники будут смеяться надо мной за моей спиной. Убирайтесь с моих глаз долой! Сейчас я не женился бы на Нине, даже если бы в Техасе не было других женщин!